Понедельник, 17 Декабрь 2018

Дерябины: семейный подряд

Статья добавлена 19 Март 2018

В этом коллективе не просто учат танцевать. Для Елены Дерябиной и педагогов театра балета «Подснежник» важно, чтобы что-то происходило в детской душе. Конечно, родителю интересно посетить отчетный концерт и увидеть результат - свое чадо на сцене. Но, положа руку на сердце, согласитесь, важнее то, как он развивается, как проводит время на занятиях. Он может учиться подбрасывать мяч, рисовать полотно или делать балетное па, основной вопрос: кем сопровождается это обучение? И очень здорово, когда это не один человек, а целая семья, все члены которой поддерживают идею развития танцевальной студии. С двумя поколениями Дерябиных мы встретились в редакции журнала: родители Сергей и Елена, дети - Василий и Дарья. «До полного комплекта» не хватало только средней дочери Анны, но она сейчас  - москвичка. 

Танцевальные связки

Мы только начинаем знакомиться, и сразу приятные неожиданности. Оказывается, Сергей тоже занимался народными танцами в молодости, и это, кстати, обусловило его знакомство с будущей супругой. Елена, студентка МГУКИ, приехала в Наро-Фоминск подменить руководителя студии танца. И если в известной песне людей связала музыка, то Дерябиных – танец, который отправил их «в дальний путь на долгие года». Вместе перебрались в Обнинск, он был более предпочтителен с точки зрения перспективы получения жилья. Сергей закончил Плехановский институт, устроился в Управление рабочего снабжения. А Елену по целевому запросу брали в ДК ФЭИ, здесь только-только закончился ремонт, была проведена капитальная реконструкция. Так и родились: сначала «Подснежник», а чуть позже и сын Василий. Следом аисты еще два раза сделали Дерябиным подарки – Анну и Дарью. И все это практически без отрыва от станка и любимого «Подснежника». Неудивительно, что дети тоже затанцевали, у них и выбора-то особого не было.

- Сколько себя помню, - рассказывает Елена Львовна, - все время что-то придумывала. В детстве у нас были популярны танцевальные конкурсы между школами: ставили, репетировали, выступали. Я ходила заниматься в ДК ФЭИ, здесь располагалась балетная студия Александры Гавриловны Глазковой. Удивительный человек! Судьба забросила ее в Обнинск в солидном возрасте. Она нас, детей, очень любила, но была строга и даже лупила. В старших классах занималась у Константина Евгеньевича Губина в ГДК. Среди девушек постарше была такая Люба Кондратова, закончив школу, она поступила в Университет культуры. И вот в десятом классе я отчетливо поняла, что тоже хочу ехать учиться именно туда. Была очень рада, когда поступила. У нас был сильнейший преподавательский состав. Кроме академических и практических занятий, ходили в театры, регулярно ездили на конкурсы. И в голове у меня сложилось: хочу работать с детьми, учить танцевать, ставить танцы.

Она пришла в родной ДК ФЭИ практически на пустое место. Александры Гавриловны уже не было в живых. Группы какое-то время не набирались. Зато молодому специалисту дали профессионального концертмейстера, окончившего московскую консерваторию. Сергей Трочин сейчас живет во Франции, мировая знаменитость, аккомпанировал Шарлю Азнавуру.

- Ты начинаешь работать и думаешь: сейчас мы такие вещи будем делать, сейчас как затанцуем! А приходят дети, которые тебя не очень понимают и не очень могут делать то, что ты их просишь. Приходилось корректировать свои ожидания, - вспоминает балетмейстер. Название «Подснежник» родилось сразу. Ассоциация руководителя – дети, как первые цветы, светлые, воздушные, тянутся к солнышку, рождают ощущение весны, надежды. Время показало, что с именем коллектива не прогадали. Был, правда, веселый эпизод на одном из выездных концертов, когда невнимательный ведущий назвал обнинскую студию «Подорожником».

Казалось бы, загадка, как случилось, что никто из собственных детей не противился балету. Младшая дочь Даша считает, что если в три года ты уже бегаешь по танцевальному залу в колготках, то мыслей о том, можно было бы заниматься чем-то другим, не возникает, несмотря на большое количество разных увлечений. А Василий признается, что несколько раз спрашивал себя, почему продолжает этим жить. И ответил так: есть душевность внутри коллектива, которая постоянно подпитывает. Здесь будет справедливо познакомить читателя со всеми членами балетной семьи.

У Даши в балете свой путь. Если выражаться спортивной терминологией, то Елена Львовна – любитель, а дочь – профессионал. Получила балетное образование и диплом артиста балета, еще будучи школьницей. В 11 лет вместе с бабушкой уехала в Москву, чтобы учиться в специализированной школе. Сначала закончила классы с шестого по девятый. А потом и три курса училища. После чего поступила в ГИТИС. Полгода стажировалась в Санкт-Петербургском театре Эйфмана, куда ее пригласили. Сегодня Дарья сочетает занятия в институте с работой: учится на балетмейстера, а по выходным преподает в «Подснежнике». У нее очевидный музыкальный талант и качества, позволяющие уверенно и терпеливо работать с воспитанниками. С детства слышит музыку, ее характер, нюансы, не зря училась в музыкальной школе по классу скрипки. В 14 лет младшая Дерябина самостоятельно поставила танец на группу девочек. По словам мамы - это было полноценное произведение, законченное, с интересными движениями и развитием танца в рисунке. На нескольких конкурсах он взял призовые места.

Мальчики в балете - редкость. Однако, Василий, несмотря на то, что работает совсем в другой сфере, остается связан с «Подснежником» и даже до сих пор выходит на сцену. Папа рассказал, что когда сыну было девять месяцев, он пришел с ребенком на руках на отчетный концерт, сел с краю у двери, чтобы убежать, когда тот начнет капризничать. А младенец почти час с увлечением смотрел на сцену, не отрываясь. - Я ловлю себя на мысли, что мне всегда нравилось танцевать, подавать себя зрителю, - делится ощущениями сам Вася. - Мой первый танец на сцене – «Звездочет» состоялся в пять лет. Потом у нас в коллективе появились еще мальчики - образовалась небольшая компания. У каждого были свои номера. В какой-то момент я понял, что «Подснежник» - это больше, чем занятия, больше, чем место. Это семья и взаимоотношения между людьми. Взять те же поездки – это как маленькая жизнь, где все друг друга поддерживает. Я всегда организовывал там какие-то игры. По рассказам мамы, у сына в коллективе особая роль. - Помню, веду занятия, девчонки стоят в классе, лет 12-13. И тут слышу вздох, и вижу, как Вася пронесся по лестнице. Девочки понимают, что, если он пришел на репетицию, значит что-то сейчас будет: строгий порядок ломается, начинается творчество. И они ловят от этого кайф. Сегодня за Василием организация внутренних мероприятий «Подснежника», конферанс и, конечно, участие в танцевальных номерах.

Вот взять Аню, - дает характеристику дочери папа, - по психотипу она другая, с аналитическим умом, очень любила писать. Но тоже занималась балетом все школьные годы. Лет с двенадцати писала книги, поэтому пошла в журналистику. Закончила МГУ, работает, ходит на сальсу. Ее роль в «Подснежнике» на сегодняшний момент зрительская и чисто эмоциональная, хотя раньше вела концерты. Несмотря на это, ее лучшие подружки все из танцевального коллектива.

У папы Сергея - роль критика. Стараясь помочь, он хвалил детские выступления, но старался аккуратно указывать те места, которые можно улучшать. А в последнее время ему и сказать нечего младшей дочери, настолько высок уровень ее исполнительского мастерства. Кроме того, за родителем концертный реквизит и помощь по дому. Ведь мама все эти годы много времени уделяет работе. - Имея троих детей, я практически не уходила в декретный отпуск, - делится Елена Дерябина. - Началось все с того, что мои мама с папой очень поддержали и подставили свое плечо. В Васю много вложил дедушка. В Москву с Дашей уехала бабушка. А Сергей вечерами был на хозяйстве: уроки проверял, кормил детей.

А ответ на вопрос, почему все члены семьи крутятся вокруг «Подснежника» прост: дело в том, что Елена Львовна умеет увлечь, она никого не заставляет. Сама этим горит, и люди вокруг зажигаются. И кроме того, руководитель не стоит на месте профессионально. Помимо регулярных курсов повышения квалификации во МГАХе она ездит на экзамены к дочери. И даже помогала ставить танцы. Попросили. - Я еду два часа туда, два обратно и всего 45 минут с ними, - рассказывает мама «Подснежника». - Но девочки приходят с профессиональной подготовкой. Они по шесть часов занимаются в балетных классах. Я многое переосмыслила в процессе работы с ними. Говорю: дочь, учишься ты, вместе с тобой учусь я.

Когда балет - больше, чем балет

Елена Львовна, популярен ли сейчас балет или это все-таки камерное искусство? Насколько он нравится современным детям?
С одной стороны, есть такой бренд мирового уровня «Русский балет», о котором еще Александр Галич писал «и даже в области балета мы впереди планеты всей». Текущий год, кстати, посвящен балету и 200-летию со дня рождения великого хореографа - Мариуса Петипа. Вместе с тем классический балет модифицируется. Джордж Баланчин (хореограф, положивший начало американскому балету) приложил руку к тому, что в США очень популярны мюзиклы: «Скрипач на крыше», «Вестсайдская история». Балет Джерома Роббинса «Концерт» - это такая буйная фантазия. Я всем нашим воспитанницам сказала: обязательно посмотрите! Вот и молодежь сейчас изучает все направления и виды танца: модерн, джаз-модерн, фламенко, историко-бытовой, классический, современный. Иначе сложно интегрироваться в мировой танцевальный прогресс. Балет, безусловно, что-то особое и отдельное, но мы все равно должны учиться владеть приемами и техникой современной танца.

Рынок дополнительного образования города довольно насыщен. Танцев в Обнинске – море. Между тем коллектив активно развивается. К чему движетесь вы?
Я хочу прийти к школе, это моя мечта. Очень многие коллективы сегодня называются школами. Но настоящая школа – это предметы, педагоги, которые имеют серьезное образование. Для того, чтобы сделать школу, нужно помещение, нужен бюджет. К счастью, к нам возвращаются наши дети, которые отучились на артистов балета. У нас сейчас две девочки после «Подснежника» учатся в МГАХе. А уже работают Татьяна Русакова, Маша Мехрюшева, Даша Дерябина - продолжая учиться в ГИТИСе. Я смотрю сейчас на наших детей, они сделали большой шаг вперед. Мы пересматриваем архивное видео и понимаем, что прогресс, между тем как танцуют девочки сейчас и десять лет назад, очевиден.

А как у нас с обучением балетному искусству в регионе?
В Калуге есть несколько школ искусств, а при них балетные классы, где реализуются специальные программы. Дети там получают более фундаментальное образование, чем при том формате, в котором работаем мы. Ребята не всегда понимают, чем они занимаемся, для чего. Поэтому стараемся давать в последнее время и теорию. Балетное искусство – сложное. Порой хореографам проще не заморачиваться. Ведь дети приходят и все хотят поскорее выйти на сцену. Я понимаю родителей и детей. Но мы говорим так: девочки, давайте сначала научимся, а потом выйдем. Проще, пришли, взяли яркие костюмы, какие-то предметы, два прихлопа, два притопа, упал, отжался массово. Ура! Ура! Музыка громкая забойная. Но балетное искусство специфическое, здесь переплетаются музыка, свет, декорации, танец. И только при удачном сочетании получается волшебство.

В: Мама всегда делает ставку на самых маленьких. Часто педагоги работают с теми, кто постарше, и кто делает получше. Эти люди уходят, и притока не получается. А здесь долгосрочные инвестиции делаются в маленьких детей, которые через какое-то количество лет раскроются. В балете остаются люди, которые готовы работать, здесь по-другому ничего не получится.

Я знаю, что вы сейчас настолько популярны, что поиском детей не занимаетесь, они приходят к вам сами.
Детей сейчас вообще стало больше. Ну и потом родители, кто занимался у нас, обязательно приводят своих детей. О наборе не приходится объявлять. Вообще наша миссия – научить красоте. Приходит ребенок, и ты понимаешь, что надо взять, потому что девочка, ее надо раскрыть. Конечно, проще сказать: вы нам не подойдете. Но она походит, появится спина, пусть не идеальная, но терапевтический эффект будет заметен. Конечно балетная хореография строится по определенным законам. Это должна быть выворотность в бедрах, в паху. Потому что, если ее совсем нет, можно травмировать ребенка. Видно, что ноги тяжелые, а балет - это прыжки. Будет нагрузка на позвоночник, проблемы с голеностопом, с коленями. С хорошими данными дети приходят редко. На всю группу если два человека – это счастье для педагога. Поэтому работаем почти со всеми.

Занятия у вас платные или бесплатные?
Мы работаем в ДК ФЭИ и у нас двойная форма. Муниципальная бюджетная - это дети, которые занимаются долго, отдали много сил - основной состав. В них и мы заинтересованы, как руководители. А малышки занимаются платно. Получается, от твоего вклада и прогресса ты со временем можешь попасть на бюджет. Также есть категория «дети из многодетных семей». Они получают льготу.

С: Это личная инициатива Елены Львовны, как многодетной мамы. В каком-то смысле реализованная за свой счет.

Закулисная жизнь

Что скажете, например, о Todes, в каком-то смысле родственный проект, популярный. Теперь он представлен и в Обнинске.
Д. У нас дети некоторые туда уходили. В балете им себя не удавалось проявить. В «Тодесе» ребят привлекает яркость. Им это было ближе, интереснее. Шоу мне самой очень нравилось. У них модерн, они через гигантскую скакалку сальто прыгают. Сейчас какой-то новизны проект в себе не несет. Тем не менее, это востребовано.

Е. Духова в свое время этот коллектив создавала, как подтанцовку для звезд эстрады. А мы больше в театральной среде. Театр имеет очень глубинное понимание происходящего на уровне философии, на уровне подсознания. Я вижу «Тодес» да, все здорово, все отработано, все синхронно, но внутри меня чего-то не происходит. Когда дети танцуют, мне бы хотелось, чтобы мы затрагивали эту глубину, затрагивали душу.
В. В «Подснежнике», особенно у детей, которые постарше, каждый танец как какая-то отдельная история. Нет движений ради движений. Это проживание ролей, это раскрытие образов. Это как театральная постановка, рассказанная языком танца. 

Света Дедова, взрослая самостоятельная наша воспитанница, вернулась из Канады, говорит самые светлые впечатления связаны с коллективом, репетициями, поездками.

Известно, что в балете есть место для хорошей и не очень хорошей конкуренции.
Это сложный вопрос. Даже когда мы занимались. Увидеть себя со стороны ты не можешь. Детям кажется, что они делают все хорошо. Но сейчас появилось видео. Сейчас можно заснять и показать на телефоне. Я практикую такой вариант: мы запускаем не один танец, а сразу два. Это дает возможность выступить разным детям. А еще получается, что кто-то ходит стабильно, а кто-то нет. Спрашиваю: «Почему тебя не было?». Ответ: «А я на день рождения ходила» или «Мы уезжали.» А кто-то в это время ходил. Я придерживаюсь позиции, что дам шанс тому, кто ходил, даже если он немного проигрывает. А выступлений у нас много. Прошли подряд два отчетных концерта, концерт 23 февраля, выступление в центре «Доверие», 8 марта, - есть возможность себя показать. Если едем на конкурс, то там обязаны выстрелить. Понятно, что, когда готовимся к конкурсу – стараемся поставить сильнейших. А дети на самом деле переживают друг за друга. Подходят и спрашивают меня, когда я поставлю ту или иную девочку. Иногда и сами перемещаются и «выпихивают» кого-то на главную роль. Мне эти процессы очень нравятся.

В. Мама умеет аргументированно, деликатно убеждать. Приводит факты, против которых сложно что-то сказать. И все решается мирно.

Елена Львовна, что для вас балет?
Для меня балет – это такое счастье. Рада, что это связалось с семьей. Я, когда начинала, то думала, ну, до сорока лет я тут попрыгаю, а потом надо будет что-то другое делать. А тут у меня такие талантливые ученики пошли, а следом и дети вовлеклись. А оно идет и идет. Мы с Дашей говорим: ты посмотри, как у Марины линия пошла, как у нее получается, какая она выразительная стала! С Аллой Владимировной, с Таней, все разговоры о наших детях, мы - ненормальные, больные. И мы смотрим на детей в процессе развития. Как не было ничего и вдруг что-то появляется. А балет, он как раз про то, чтобы подумать, как сделать движение, проанализировать. До кончика пальца прочувствовать линию. Наблюдаю за детьми. Не было ни дисциплины, ни понимания. А постепенно начинают настраиваться и делать музыкальные движения. И подчас в пространстве коллектива что-то происходит как будто само собой, но что-то особенное и очень важное.

Георгий Бобылев
Фото Дмитрий Дмитриев и архив семьи Дерябиных