Воскресенье, 27 Май 2018

Метод Канке

Статья добавлена 02 Апрель 2017

Виктор Андреевич Канке – человек, несомненно, неординарный. Преподаватель философии не самая обычная, скажем так, профессия. Но Канке не просто профессор, он – ученый, теоретик, цитируемый обнинский автор, признанный в научном мире. Но при этом не очень известный и популярный в родном городе. Настолько, что насторожился, когда услышал предложение написать о нем в журнале: « Я посмотрю на вас, что вы за человек. И надеюсь, что не будете меня там высмеивать.  У нас очень мало времени и некоторые вещи мне нужно будет говорить прямо, а они могут казаться смешными». Чтобы исключить оценочность  в передаче информации, мы решили не воспроизводить беседу, а сделали нарезку из цитат ученого, которые показались нам наиболее интересными.  

Закончил физический факультет Московского педагогического института
Имеет 50 лет педагогического стажа
Доктор философских наук
Заслуженный работник высшей школы Российской федерации
Автор 47 книг
Играет на аккордеоне и гитаре
Увлекается игрой шахматы

Вообще-то я написал роман о своей биографии и посвятил его матери. В романе этом много трагических событий. Многие мои родственники расстреляны. Родители – немцы. Мама была в сталинских лагерях.
Первого мужа мамы расстреляли. Ее спас отец, который был агрономом и прекрасным музыкантом. Когда она уже спустя годы мигрировала в Германию, то на прощание в  аэропорту сказала мне: Витя, у меня к тебе просьба, ты только не отказывайся, я сохранила, спрятала, я знала, что ты приедешь (и протягивает 70 рублей, зажатые в кулаке). Купи себе что-нибудь на память об отце. Я купил гитару и начал учиться. Потом на кафедру приходил, играл, когда преподаватели собирались. Распечатывали тексты романсов, пели.

В школьниках был чемпионам района по всем видам спорта. Занимался легкоатлетическим многоборьем, бежал спринт, толкал ядро. В алтайском крае был четвертым, а первые трое – лбы из спортивных школ. В институте занялся штангой, страшно увлекался ей. Я каждый день играю в шахматы через интернет. Короткие блицы из трех минут. Потому что на большее времени нет. Очень люблю играть с американцами, они - лихие ребята.

Физик в философии

Сначала я был физиком. Закончил физфак МГПИ, потом три года работал в школе на Дальнем Востоке. Двое моих учеников стали учеными. Они геофизики. Одному памятник после смерти поставили в родном селе. Второй состоит в сибирском отделении академии наук. И они в один голос говорили, что это благодаря мне.

А потом жили мы в Бийске, и там в университете марксизма-ленинизма я влюбился в философию. Она соответствует моему складу ума «найти более глубокое». Так в философии я имел двойную направленность «физическую» и «экономическую». Работал в вечерней школе. В аспирантуру не брали, потому что не был членом партии. Но я был настойчивым, искал возможности. Поехал в Москву, сдал кандидатские экзамены и после долгих мытарств был зачислен в заочную аспирантуру. Сделал кандидатскую по философии физики  за четыре месяца. И меня отчислили в связи с досрочной защитой, причем, были страшно возмущены. Я возвращаюсь на Алтай, работаю в Бийске и занимаюсь Марксом. А позже защищаю докторскую диссертацию  на тему «Единство и многообразие форм времени». Мне было интересно изучать время с разных сторон, не только физическое.

Работал проректором по научной работе, но хотел заниматься научным творчеством. В Бийске это было невозможно, надо было уезжать, но партия не разрешала. За меня держались. Случайно попал в Москву на совещание заведующих кафедр общественных наук. Там я встретил заведующего кафедрой МИФИ Бориса Яковлевича Пахомова. Он говорит: «Поезжайте в Обнинск».  В ИАТЭ меня взяли в 43 года. В основном, потому что я физик. Что такое философия они не понимали. Полтора года жил в общежитии, когда дали квартиру приехали жена и дочь. Сын тогда был в армии. 1987 год – перестройка. Сложное время в институте. Но я не жалел. 

Науки образуют единое целое

Я - автор сорока семи книг. Еще четыре лежат в издательстве. Скоро выйдут, но это меня не особенно интересует. У меня другая задача. Смотрите (здесь по верстке фотография схемы). Вот это современная наука. Где сплошные линии – это у меня книги. Где пунктирные – брошюры или энциклопедические статьи. Меня цитируют по всем этим специальностям (РИНЦ - российский индекс научного цитирования). Больше всего философы, потом педагоги, потом юристы, языковеды, психологи, социологи и так далее.  Это особенность моего творчества.

Позже от физики я пошел по естествознанию: биология, химия, геология. А от экономики - к общественным наукам. Чтобы быть по-настоящему образованным человеком, нужно все знать. Это так называемое 20D-мышление, когда ты знаешь все науки. И в мире кроме меня есть лишь один человек с таким уровнем - ученый из Канады, ему, наверное, 97 лет.

У всех отраслей науки должна быть вторая производная – метанаука. Вот возьмем физику. Понятия, законы, принципы – это метафизика. А если физику рассматривать с точки зрения марксизма, герменевтики, поструктурализма – это философия. У меня есть такая книжка «Основные философские направления и концепции науки». Там я рассматриваю все философские учения.

В итоге я разработал теорию интратеоретической и интертеоретической концептуальной трансдукции. И когда я беру эту теорию, то с помощью этого метода изучаю каждую науку. Закончилось тем, что я написал энциклопедию метанауки. Но издать ее не могу пока. Зато скоро выйдет первый энциклопедический словарь в мире по философии науки. 

Если есть энтузиазм – тогда все возможно

Я по сей день ежедневно пишу. Двенадцать часов в день могу писать. Последние три книги я сделал за три месяца. Я настолько увлекаюсь процессом, что живу только этим. Когда у меня был радикулит, я занимался, катаясь по полу с книжками. Еще играю в шахматы и веду преподавательскую работу. По субботам работаю с аспирантами. А в другие дни с магистрантами. Я всем преподаю философию в привязке к их основной специальности.

Рано встаю и сажусь за компьютер. Обедаю в час дня. В три часа, ложусь, отдохну. В 7 - ужинаю. После ужина наукой не занимаюсь. Играю в шахматы, читаю новости. Супруга занимается хозяйством, она в прошлом учительница математики.

Я получаю удовольствие от работы с молодежью. Занятия для меня не превращаются в менторство. Мне важно, чтобы ученики спорили и думали. У меня все аспиранты и магистранты проводят расчетную работу и расставляют философов по рейтингу. У каждого своя аргументация: кого лучше логика, диалог, многообразие. Магистранты мне говорят: нас учат методом шока. Один приходит, рассказывает одно. Другой – другое. А у вас все взаимосвязано и есть основа, на которую все можно накручивать. 

Непризнанный гений?

В девяносто шестом году в министерстве был проведен закрытый конкурс на учебник по философии. Странным образом, туда попала моя брошюра, которую я сделал здесь для ребят из ИАТЭ. По существующим пособиям я преподавать не мог, в силу своего прогресса. И было принято решение издать мой учебник на всю страну. Первый же тираж – пятнадцать тысяч экземпляров. А позже он выдержал более 50 переизданий.

20 января в Обнинске прошла презентация пока последней моей книги «Взлеты и падения гениев науки», где я подверг критике самых сильных мыслителей прошлого и современности.  Я выбрал самые интересные места из энциклопедии. Книга оригинальная: короткие эссе по полторы страницы. Всего сто двадцать два эссе. На западе такую книгу бы оторвали. А у нас… Я известен в Обнинске, но идет какое-то замалчивание, вместо того, чтобы поднимать меня на флаг.

С научной школой - беда. Как таковой ее нет. ИАТЭ не имел право открывать научную школу по философии.  За эти годы мне попадались два парня, которые очень талантливы в философском отношении. Одному я сказал: Алексей, если решишь заниматься философией, то через 5 лет – ты доктор наук. Он ответил: Виктор Андреевич, у меня мама, если я не пойду работать в ФЭИ, то меня заберут в армию, и она останется одна. А второй работает в школе, у него семья, а философия денег не дает. Поэтому школы моего имени не существует.

Я не реализован. Львиная доля моих книг вышла, когда я был уже в пенсионном возрасте. Все, что я сделал, должно было произойти раньше. Колоссальная задержка. Я переезжал в Обнинск, чтобы себя реализовать. Но пятнадцать лет прошли в каком-то смысле впустую, хотя я прогрессировал всегда. Даже сейчас. А еще одно сожаление, что мои педагогические идеи не используются. Здесь в Обнинск готовы пригласить какого-то москвича, который при встрече со мной тушуется, нежели предложить что-то мне. На западе если у ученого хотя бы одна книга используется – то он величина, у меня около 30 учебников, а я – так, обычное явление. И мое признание, прежде всего в среде аспирантов, магистрантов, моих коллег.

Признание вещь важная и приятная. Однако думается, что весь путь этого человека в науке был проделан не ради него. Он и сам говорит,  что «Философ – это человек, который никогда не удовлетворяется достигнутым: если взята первая производная, то он настаивает на второй». И в том числе в этом состоит «Метод Канке».

Записал Георгий Бобылев